Постулаты Бытия III

Посмертное состояние (Часть II)

Все только что развоплотившиеся четверичные существа, умирают ли они естественной или насильственной смертью в результате самоубийства или несчастного случая, умственно здоровыми или душевнобольными, юными или старыми, хорошими, плохими или нейтральными – все теряют в момент смерти все воспоминания, ментально уничтожаются; они спят своим акашическим сном в Кама Локе. Это состояние длится от нескольких часов (редко менее), дней, недель, месяцев, иногда до нескольких лет, – в зависимости от существа, его ментального состояния в момент смерти, характера смерти и т.д. Память возвращается медленно и постепенно к концу созревания – к сущности, или Эго, еще медленнее и значительно более несовершенно и неполно – к оболочке, и полностью – к Эго в момент его входа в Дэвачан. Последнее есть состояние, определяемое и создаваемое его прошедшей жизнью. Эго попадает в него не стремительно, а погружается постепенно, легкими ступенями. С первым проблеском этого состояния показывается прошлая жизнь (или, вернее, Эго еще раз переживает прожитую жизнь), от первого сознательного дня до последнего. Начиная с наиболее важных событий и до самых пустяковых, все проходит в торжественном шествии перед глазами духовного Эго; только, в отличие от событий реальной жизни, – остаются те из них, которые избрал новый жилец (извините за это слово), цепляющийся за некоторые сцены и актеров, – они останутся навечно, тогда как все остальные угаснут, чтобы исчезнуть навсегда или возвратиться к своему творцу – оболочке. Теперь постарайтесь понять этот очень важный (потому что очень справедливый и воздающий) закон в его действии. Из воскрешенного прошлого ничего не остается, кроме того, что Эго прочувствовало духовно, что развилось посредством духовных способностей и благодаря им, и проживалось благодаря им, будь то любовь или ненависть. Все, что я сейчас пытаюсь описать, по правде, неописуемо. Как нет двух людей, даже двух фотографий одного и того же человека, как нет двух листьев, похожих точь в точь один на другой, так нет и двух похожих состояний в Дэвачане. Если индивидуум не Адепт, который может осознавать такое состояние в своем периодическом Дэвачане, как можно ожидать от него, чтобы он сформировал правильно его картину?
Поэтому нет противоречия в сказанном, то есть что «Эго, как только оно вновь родилось в Дэвачане, сохраняет на некоторое время, пропорционально своей земной жизни, «полное воспоминание о своей (духовной) земной жизни». Здесь опять же лишь пропуск слова «духовный» создал недоразумение!
Все, кто не соскальзывают в восьмую сферу, попадают в Дэвачан. В чем тут дело, где противоречие?
Состояние Дэвачана, повторяю, может быть так же слабо описано или объяснено – каким бы подробным ни было описание состояния, любого наудачу выбранного Эго, – как жизни всех людей в совокупности можно описать жизнью Наполеона или кого либо другого. Существуют миллионы состояний счастья и несчастья, эмоциональные состояния, имеющие своим источником как физические, так и духовные способности, и чувства, и только последние переживают [земное бытие]. Честный рабочий будет чувствовать себя не так, как честный миллионер. Состояние мисс Найтингейл будет значительно отличаться от состояния молодой невесты, умершей до того, как успело совершиться то, что она считала счастьем. Две вышеупомянутые любят свою семью; филантроп любит человечество; для девушки весь мир сосредоточен в ее будущем муже; меломан не знает более высокого блаженства и счастья, чем музыка – наиболее божественное и духовное из всех искусств. Дэвачан варьируется от самой высокой своей ступени до самой низкой неощутимыми градациями, тогда как за последней ступенью Дэвачана Эго часто может оказаться в самом начальном состоянии Авитчи, которое к концу «духовного отбора» событий может стать bona fide Авитчи. Запомните, каждое чувство относительно, нет ни добра, ни зла, ни счастья, ни несчастья самих по себе. Преходящее мимолетное блаженство нарушающего супружескую верность, который этим актом убивает счастье другого супруга, не менее духовно из за своей преступной природы. Если угрызение совести (оно всегда исходит от шестого принципа) однажды ощущалось в течение периода блаженства и действительно духовной любви, порожденной шестым и пятым принципами, то, как бы она ни была осквернена четвертым [принципом], или Кама Рупой, – это угрызение совести должно сохраниться после смерти и будет неизменно сопровождать сцены чистой любви.

Кут Хуми Лал Синг
Письма Махатм